Телевизор и Дети

[ A+ ] /[ A- ]

В.Г.Андрющенко, детский невропатолог


Молодая симпатичная пара, родители годовалого малыша, умиляются: «Он такой умница: сам умеет включать телевизор и переключать каналы!» Другая радостно сообщает, что её девятимесячный ребенок очень любит смотреть рекламу. Больше всего ему нравится реклама памперсов: едва на экране появляются юные ковбои, малыш заливается хохотом. Ещё одна дама утверждает, что её кроха знает, когда начинается «Санта Барбара» и с точностью будильника напоминает об этом бабушке. Объединяют всех жалобы: повышенная возбудимость детей и беспокойный сон. «Умница» не может засыпать один, спит тревожно, вздрагивает, часто просыпается, плачет, и успокаивается только когда родители берут его к себе в постель.

В комнате, где ребенок проводит все время – большой телевизор, на кухне другой, поменьше. Оба работают. «Да он не обращает внимания», – говорит о ребенке папа. Увы, это заблуждение. Бессвязный поток слов, восклицаний, резких звуков, обрывки устрашающей музыки, аритмичные световые вспышки мерцающего экрана – всё это, как сверхсильный раздражитель, воздействует на клетки коры головного мозга ребёнка, приводя их в состояние беспорядочного возбуждения. Интенсивность и хаотичность этих стимулов вносят дезорганизацию в работу нервных клеток, приводят к нервному истощению. Дети становятся возбужденными, расторможенными, капризными и тревожными. Особенно зимой, когда световой день короток и ребенок большую часть времени проводит в доме.

Дорогие юные мамы и бабушки! Детский мозг развивается чрезвычайно интенсивно. Механизмы психического развития заложены в генетическом коде и передаются из поколения в поколение. Стимулы психического и эмоционального развития ребенка просты и естественны. В первые месяцы жизни главные из них – голос матери, её ласковый говор, пение, прикосновения, кормление грудью. Помимо развития психики, эти воздействия влияют на подсознание ребенка, создают ауру благополучия, надежности и защищенности.

Природа материнства такова, что большинство матерей интуитивно действуют именно так. Однако в последнее время все чаще приходится встречаться с юными мамами, лишенными этого инстинкта. Они сами выросли под телевизор и не могут обойтись без него, выращивая собственных младенцев. Такая мама, как безликий автомат, выполняет требования ребенка, но совершенно не умеет с ним общаться. Для нее все сложно: она не умеет толком накормить ребенка, дать ему лекарство, уложить спать, собрать на улицу. Постоянно включенный привычный телевизор, ей кажется, помогает отвлечься от забот и переживаний. Но это иллюзия: ребенок становится все более беспокойным и тревожным, мучений и переживаний все больше, счастья материнства все меньше, эмоциональная общность матери и ребенка не возникает, разобщенность усиливается. Телевизор отнимает мать у ребенка, а ребенка у матери.

Был такой замечательный врач, английский детский психиатр со сказочным именем Дональд Вудс Винникотт (1896 – 1971). Он несколько десятков лет вел передачи для мам на радиостанции ВВС. Некоторые из этих бесед в последние годы изданы у нас. В книгах «Маленькие дети и их матери», «Разговор с родителями» есть мысли, которые мне хотелось бы высказать от себя, если бы они не принадлежали Винникотту: «Есть потребности очень тонкой природы, которые могут быть удовлетворены только при человеческом контакте. Ребенку нужно войти в ритм дыхания матери или даже услышать или почувствовать, как бьется сердце матери. В течение первых дней и недель жизни ребенка нужно обнимать не только руками, но и мысленно. Ребенок нуждается в том, чтобы о нем не переставая думали, размышляли, сосредотачивали на нем все свое внимание. Ребенку необходимы запахи матери и отца; звуки, которые обозначают живое; краски, движение. Эти потребности свидетельствуют, что маленькие дети подвержены чувству тревоги, которую нам трудно вообразить. Оставленные надолго (речь идет не только о часах, но и о минутах) без привычного человеческого окружения, они переживают опыт, который можно выразить вот такими словами: Распад на куски. Бесконечное падение. Умирание…умирание…умирание. Утрата всякой надежды на то, что мама когда-нибудь вернется. Ребенка не следует предоставлять самому себе, когда он еще слишком неразвит и не способен отвечать за собственную жизнь».

Тем более нельзя предоставлять ребенка толпе чужих людей, без спроса вламывающихся в ваш дом с экрана телевизора. Атмосфера видеорынка буквально пронизана наркотиками и бесконечными криминальными разборками. Среди крикливых, вульгарных, жестоких и порочных завсегдатаев телеэкрана полно убийц, насильников, колдунов и прочих персонажей, общение с которыми вы никогда бы не выбрали в реальной жизни. Но почему же вы так беспечно допускаете их воздействие на душу ребенка? Ведь подсознание ребенка не защищено, подобно вашему, здравым смыслом и жизненным опытом, позволяющим отграничить реальное и условное. Для младенца всё увиденное – реальность, навеки запечатлевающаяся в подсознании!

Подсознание может воспринимать реальность подлинную и мнимую (виртуальную) без их различения, что приводит к феномену, известному в психологии, как неразведение восприятия. Неразведение восприятия на языке психиатрии означает галлюцинацию. Нужно ли удивляться поведению младенца, которого уже на первом году жизни умудрились сделать телевизионным наркоманом: ребенок постоянно тянется к телевизору, требуя, чтобы его включили. Вот строки из письма его матери, полученного мною недавно по электронной почте: «Моей дочке 7,5 месяцев. Ночью каждые 1 – 1,5 часа просыпается с громким криком и встает в кроватке. Целый день трёт глазки и зевает, но спать не уложить. По любому поводу начинает громко кричать, успокаивается только на руках (если не брать на руки, может орать до посинения). Эти симптомы начали проявляться с 5,5 месяцев. В остальном ребенок выглядит нормально, кушает хорошо, в развитии не отстает. Как помочь ребенку крепко уснуть?». Прежде всего – выключить телевизор, об остальном почитайте в материале «Вожди краснокожих» на нашем сайте.

Возраст с первых месяцев жизни до шести лет – это решающий этап в судьбе ребенка, когда формируются эмоции, чувство любви и привязанности к родным, уверенность в себе, оптимизм. Эмоциональное восприятие жизни, возникающее в этот период, остаётся в нашем подсознании навсегда. «Глубокая эмоциональная связь с родителями, которая с младенчества формируется у ребенка, закладывает основу для целой жизни, исполненной доверия, отваги, нежности, веры и любви», – считает Вимала Макклар, американка индийского происхождения, автор убедительной концепции физического воспитания детей, о книге которой «Массаж младенцев» у нас будет повод поговорить в материале «Перинатальные энцефалопатии».

От нас зависит, будет ли душа младенца в этот ключевой отрезок жизни испытывать чувство теплоты и безопасности, возрастать материнской любовью, образами родной природы, святостью и мудростью лучших образцов культуры, или же в его подсознание навеки впечатаются разрушительные демоны виртуального мира.

Взгляните с этой точки зрения на столь привлекающую младенца телерекламу, и попытайтесь представить, какой след в душе вашего малыша оставят бесконечно мелькающие монстры, вампиры и вурдалаки в зелёных пупырышках. Или красноголовые фантомасы из «безобидной» рекламы освежающего напитка. Или бесовская пляска хрюкающих ритмов, сопровождаемая вспышками кровавого пламени во мраке, с длинными чёрными тенями, в которых мелькают невнятные символы и знаки. Или разлетающиеся во все стороны окровавленные мозги в бесконечной рекламе бесконечных боевиков, идущей в одном блоке с рекламой шампуня или памперсов.

Какими ядовитыми всходами взойдут в душе ребенка эти отравленные посевы через 10 – 15 лет? Исследования психологов не оставляют сомнений, что именно в этих телевизионных посевах разгадка несомненного роста эмоциональных и психических расстройств, жесточайших депрессий, подростковых самоубийств и злодеяний немотивированной жестокости, которыми полна пресса во всем мире.

«Взамен тепла семейного очага, задушевных бесед с родными, взамен уроков гуманизма подросток получил широко распахнутое окно в мир насилия взрослых – экран телевизора. По мнению 88% французов и такого же примерно числа немцев, бельгийцев, итальянцев, все беды с детьми происходят по вине голубого экрана, программы которого перенасыщены сценами насилия. В фильмах и передачах по всем европейским каналам ежечасно показывают не менее двадцати убийств и кровавых злодеяний. Если учесть, что подростки проводят в среднем от трех до четырех часов в день у экрана, то можно себе представить силу воздействия на неокрепшую психику всей этой лавины ужасов, которая заменила бабушек и мам, чтение Стендаля и Диккенса, приобщение к подлинной культуре».
Европейское общество защиты детей, 1998 г.

Главная опасность телевизора связана с подавлением сознания и воли, аналогичными тем, что достигаются наркотиками. Американский психолог А.Мори пишет, что продолжительное созерцание телеэкрана, утомляя зрение, производит гипнотическое оцепенение, что сопровождается большим ослаблением воли и внимания. При определенной длительности воздействия световые вспышки телеэкрана начинают взаимодействовать с мозговыми альфа-волнами, от которых зависит способность концентрации внимания, и дезорганизуют мозговую ритмику. В происхождении главной проблемы умственной работоспособности младших школьников, которая называется синдромом нарушения внимания с гиперактивностью1, основная роль принадлежит телевизионной зависимости. Телемания имеет все признаки и свойства настоящей наркомании: привыкание, зависимость, неразборчивость, агрессивность к близким при попытке лишить удовольствия, сужение кругозора, оскудение интересов, снижение работоспособности и школьной успеваемости. Экран завораживает. Поток зрительной и слуховой информации, не требующий сосредоточенности и умственных усилий, воспринимается пассивно. Постепенно и реальную жизнь ребенок начинает воспринимать так же. Сосредоточиться над выполнением задания, сделать умственное или волевое усилие, включиться в работу все труднее. Ребенок привыкает делать только то, что не требует усилий, он теряет (или не приобретает вовсе) навыки умственной работоспособности.

Без активной работы ума невозможно развитие нервных связей, ассоциаций, укрепление памяти. Постоянное многочасовое созерцание телепередач ухудшает память и способствует развитию слабоумия. Ребенок с трудом включается на уроках, не воспринимает учебной информации. Его вообще перестает интересовать учеба. Уроки дома он делает механически, не вникая в смысл, под включенный телевизор. Тускнеет его воображение, глохнут чувства, воля и мысль. Он весь усредняется, обезличивается, теряет индивидуальность. Язык упрощается до словаря Эллочки-людоедки. Дети совершенно теряют способность связно излагать мысли, пересказывать прочитанное.

Ставший телевизионным наркоманом школьник воспринимает все остальное, даже родителей, как помеху в наслаждении боевиком или развлекательным шоу. Можно сказать, что ребенок психологически уходит из семьи, а нередко и вообще выключается из реальной жизни. Довершают процесс оболванивания на разных этапах: пристрастие к видеоиграм и компьютерным играм, аудиоплейер с тяжелыми грохочущими ритмами рок музыки и дискотека с наркотиками. Это звенья единой цепи, начало которой – раннее пристрастие к телеэкрану. В индустрии видеоигр, видеофильмов и рок музыки крутятся огромные от нелегального оборота наркотиков. Это единый беспощадный конвейер, на который вы толкаете ребенка в тот момент, когда включаете телевизор.

Разумеется, телеманией страдает только часть детей, злоупотребляющих телевизором – так же, как наркоманом становится не каждый из тех, кто попробовал наркотик. Но с каждым годом телеманов и наркоманов становится все больше. Предрасполагающими факторами являются незрелость детей с минимальными мозговыми нарушениями, их психический инфантилизм, а также дефекты семейного воспитания. Мое личное мнение, что имеет значение и генетическая предрасположенность. Создается также впечатление, что русские дети более уязвимы, чем дети других народов. Иной ли уклад жизни, или протестантская традиция серьезного к труду, карьере и собственной судьбе тому причина, или что иное – не знаю, но только западные подростки, в массе своей, перебродив бунтарством юношеского самоутверждения, перепробовав запретные плоды и пороки, к зрелым летам спокойно дрейфуют в тихую гавань размеренного буржуазного существования. Иное дело у нас. Широта ли русской натуры сказывается, или её загадочная противоречивость, или русский максимализм – но только наш , если уже стал на путь саморазрушения, должен дойти до самого края, до «последней черты». А быть может, главенство в русской культурной традиции духовного, идеалистического, православного начала, высоких и святых жизненных целей, определяющих «самостоянье человека», приводит к тому, что если с детских лет методично разрушать эту душеобразующую опору с помощью телевидения, душа лишается нравственного иммунитета и становится совершенно беззащитной перед опустошительным действием вируса саморазрушения. В итоге пропадают дети, по исходным душевным свойствам самые чистые, впечатлительные и доверчивые, но слабые и безвольные, не способные противостоять циничным искушениям и соблазнам современного мира. При всем при этом, я знаю ортодоксальные еврейские и мусульманские семьи, принципиально не имеющие телевизора. И вместе с тем, знаю православные семьи, где любят поговорить о всемирном заговоре против России и тому подобных увлекательных сюжетах, но дети, пришедшие из воскресной школы, вполне могут смотреть «Гарри Поттера» или «Сабрину – маленькую ведьму»!

«Телевизор создал новый вид человека – с истощенной от непрерывного зрелища, как от непрерывного пьянства, нервной системой…

Телевизор обусловил духовный регресс, распад и дегенерацию человеческой души…

Телевизор – враг, с которым нельзя договориться, его агрессия не имеет меры и предела».

Однако, не уклоняюсь ли я в идеализм, толкуя о душе? Не ретроград ли я, не враг ли, Боже упаси, прогресса? Современные молодые прагматики скептически воспринимают столь отвлеченные и совсем не рыночные понятия, как совесть, душа, нравственный долг. Для этих героев нашего времени, не верящих, что телевизор обладает прямым разрушительным воздействием на развивающийся мозг и детскую душу, я хочу остановиться на менее сущностных, но более им понятных аспектах обсуждаемой проблемы.

Детям до 7 лет свойственна физиологическая дальнозоркость. Мышцы глаза у них напряжены, чтобы обеспечить попадание изображения в центр сетчатки. При длительном просмотре телепередач эти мышцы перенапрягаются, наступает спазм аккомодации, что влечет за собой головную боль с тошнотой и рвотой, а со временем способствует развитию близорукости.

У детей, предрасположенных к эпилепсии, ритмическая стимуляция сетчатки глаза прерывистыми вспышками телеэкрана может вызвать судорожный приступ.

Телевизор является наиболее частой причиной головной боли у детей. Сидя у экрана, ребенок испытывает, кроме психического и эмоционального оцепенения, зажатость, закрепощенность мышц шеи, спины, плечевого пояса, лица, головы. В результате нарушается венозный отток из полости черепа и возникает тупая монотонная боль, словно обручем сжимающая голову. На следующий день в школе ребенок вял, хуже соображает; чувство усталости и разбитости сочетается с повышенной раздражительностью. Нередко возникают тики: мигательные, подергивание головой, шеей.

Дети до 7 лет после вечернего просмотра телепередач плохо засыпают, часто вскакивают ночью, кричат, им снятся кошмары. Парадокс детской психики состоит в том, что страхи, которые возникают у них от просмотра телепередач, не уменьшают, а даже усиливают неудержимую тягу к телевизору. Французская газета «Le Point» проводила социологический опрос детей 6 – 10 лет. На вопрос, чего она больше всего боится, семилетняя девочка ответила: «Боюсь дядей, которые могут вылезти из телевизора и меня убить». Этот страх, однако, не мешал ей часами проводить время перед телеэкраном.

Добавьте к этому, что телевизор, отнимая время у подвижных игр, создает совершенно губительную для детского возраста гиподинамию, которая вызывает нарушение функций сердечно-сосудистой системы, кишечника (застой крови в органах малого таза), общую физическую неразвитость, слабость мышц, нарушение осанки, ожирение.

Все изложенное могло бы убедить публику, что в семье, где растут дети, не должно быть места телевизору. Но поскольку я реалист, хотелось, чтобы родители знали хотя бы официальные рекомендации здравоохранения. Практика показывает, что большинство людей не имеет ни малейшего представления об этом. Вот о чем, по аналогии с пачкой сигарет, мог бы «предупреждать минздрав» на телевизионной коробке (к сожалению, скорее всего, с тем же эффектом):

Детям до трех лет телевизор смотреть не следует вообще. А в иных случаях – и до пяти – шести лет: если ребенок перенес перинатальную энцефалопатию, или у него были судороги на высокую температуру, черепно-мозговая травма, менингит, энцефалит; если у него повышенная возбудимость, плохой сон ночью и ранний отказ от дневного сна, заикание, тики.

Здоровые дети трех-четырех лет могут проводить у телевизора не более 15 минут в день, пяти-шестилетние максимум 30 минут, младшие 1 – 1,5 часа 2 –3 раза в неделю.

Расстояние до телевизора должно быть не менее утроенной диагонали экрана.

«Скажите ему это, доктор!», – обычно восклицает здесь беспомощная мама «телемана». Увы! Нет большей бессмыслицы, чем попытка отвадить ребенка от телевизора аргументом: «доктор не велит». Не может ребенок противостоять искушению, если телевизор – кумир всей семьи. Прямолинейный запрет того, что было основным времяпревождением в течение многих лет, вызывает бунт, скандалы, истерики, слезы. Запретный плод сладок. Начинаются обманы, просмотры исподтишка, нередко сопровождаемые большим нервным напряжением. Иногда ребенок, включая звук совсем тихо, чтобы родители не услышали, сидит, скорчившись, вплотную к экрану. Все это удесятеряет вред телевизора, создает нервозную обстановку в семье, конфликты. Надо осознавать, что уж если вы не сумели уберечь ребенка от пристрастия к телевизору, потребуется много терпения, любви, воли, дружелюбия и понимания, чтобы помочь ему преодолеть этот соблазн.

Впрочем, можно бороться с этим недугом весело и всем миром, как боролись в Америке, когда психологи обнаружили, что страна полна сумасшедших, свихнувшихся на телевизионных сюжетах, и забили в прессе тревогу. Мэри Уинн, автор книги с красноречивым названием «Выключить включенный наркотик», умудрялась организовывать по всей стране временные «телевизионные отключения» для всей семьи. «Вам только следует объяснить детям, что это что-то вроде научного эксперимента или приключения – но только не наказание», – убеждала она сограждан. У меня сохранилась заметка из газеты «Советская культура» двадцатилетней давности,
повествующая о том, как это происходило в одном из штатов в 1983 году:

повествующая о том, как это происходило в одном из штатов в 1983 году:

В Америке была возбуждена интенсивная многолетняя кампания по защите детей от насилия по телевидению во главе с известными и влиятельными персонами (такими, как жена вице-президента Гора, например). Тут и перестройка подвернулась кстати, так что бизнес американцев не пострадал: низкопробная телевизионная продукция хлынула в Россию. И хотя до сих пор время от времени мир узнаёт то об убийстве 19-летним фанатом «Матрицы» своих родителей, то о совершении школьником убийств одноклассников под впечатлением фильма «Прирожденные убийцы», то о вашингтонском снайпере, источником вдохновения которого была все та же «Матрица», все же ситуация в Америке улучшается. Чего никак не скажешь о нас. «К сожалению, современное российское телевидение стоит едва ли не в ряду такого бизнеса, как торговля наркотиками, фальсифицированным спиртным, оружием и «живым товаром». Только делает это еще более подло. На экране торжествует царство пошлости, глупости, дурного вкуса, высокомерия, самодовольства, некомпетентности, бесстыдства и безответственности. Редкие исключения только оттеняют, по контрасту, общую удручающую картину поверхностности, прячущуюся за непрестанным мельтешением, за мельканием множества разноцветных клипов, обрывков рекламы и тому подобного». («Литературная газета», № 15, апрель 2004 г.).

Вся наша жизнь пропитана примитивной, назойливой и крикливой масс культурой самого низкопробного образца. Защитить ребенка от встречи с нею невозможно. Эта встреча неотвратима и неизбежна. Средства массовой информации и весь уклад жизни лишают ребенка выбора. Он вынужден быть потребителем примитивных компьютерных игр, бездарных и пошлых сериалов, дурно голосящих отовсюду одинаково убогих и безобразных глюкозо-киркоровых татушек, верок-сердючек и прочего инфантильного маргинального китча, подлинного электронного «опиума для народа», единственная функция которого – удовлетворить самые примитивные инстинкты массового зрителя и слушателя, оболванить его до полной потери чувства собственного достоинства. Вкус толпы всегда равносилен безвкусице. Внедрение тоталитарного массового сознания отнюдь не является прерогативой коммунистической системы, буржуазный тоталитаризм нынешней модели глобализации не менее опасен. Мир диско, компьютерных игр, тяжелого рока целенаправленно внедряется в подсознание детей и подростков, неся философию утилитаризма, потребительства, развращенности и цинизма. Человек должен бессознательно глотать готовое. Сиди, смотри и не думай! Телевизор повелевает глядеть очередной блокбастер и слушать очередную рок-группу, жевать определенную жвачку, поглощать неизбежный гамбургер и пить обязательную пепси-колу, делать пирсинги с татуировками, употреблять надобную косметику и голосовать на выборах за нужную партию. Телевизор становится главным воспитателем и просветителем детей. Плоды этого воспитания наглядно демонстрирует сопоставление семи основных проблем в школах с интервалом в полвека, по данным исследования в американском штате Калифорния. В 1940 году основными проблемами были, в порядке убывания: разговоры во время уроков, жевание жвачки, шум, беготня по коридорам, несоблюдение очередей, нарушение школьной формы, сор в классах. Спустя 50 лет перечень семи основных проблем выглядел так: употребление наркотиков, употребление алкоголя, беременности, самоубийства, изнасилования, ограбления, избиения.2

Прибыль от культуры – возрастание души, развитие и улучшение человека. Это – достояние всего общества, государства, народа, залог национального возрастания и укрепления. Даже в коммунистические времена культура обеспечивала преемственность русской духовной традиции. А вот прибыль от массовой культуры, шоу-бизнеса – такая же нажива частного капитала, как от торговли недрами, землей и лесом. В ней те же хищнические подходы и те же разрушительные последствия с точки зрения национального достояния и национальных интересов. Поэтому нынче с такой последовательностью удушают культуру и загоняют её в резервацию единственного телевизионного канала, навязывая совершенно чуждую русской традиции бездуховную и безликую массовую культуру. Чтобы народ Пушкина и Достоевского окончательно посадить на иглу «мыльных опер» и американских боевиков, лишить народ духовного иммунитета, надо начинать с обработки детей, с пеленок внушая им, будто «телепузики», «черепашки ниндзя» и прочая бездарная пошлость есть произведение искусства и достояние человеческой мысли. Лет 6 назад меня, по недоразумению, пригласили на телевидение для участия в «круглом столе» популярной программы. Собравшиеся телевизионные деятели увлеченно обсуждали, как улучшить передачи для детей, какие ещё приманки придумать, чтобы дети не отходили от телевизора. Они с упоением обосновывали насущную необходимость открытия отдельного детского канала, чтобы хотя бы 18 часов в сутки детки могли беспрепятственно наслаждаться их замечательной продукцией. И так это все ладненько и складненько у них шло, пока ведущий не предоставил мне слово. Говорил я примерно то, что изложено в данном материале. Последовавшая за сим немая сцена представляла что-то среднее между финальным эпизодом гоголевского «Ревизора» и заключительными словами пьесы Горького «На дне»: «Какую песню испортил, дурак!». Само собою разумеется, что из этой записи в эфир почти ничего не попало. Это, кстати, к вопросу о свободе слова и демократии, о которых так любят поговорить телевизионные деятели, когда ущемляются их собственные интересы.

Они же любят поговорить о «спросе, определяющем предложение». Дескать, массовая культура нравится народу: «пипл хавает», по их циничному выражению, рейтинги растут, предприниматели отстегивают круглые суммы на рекламу, – что ж тут поделаешь! Все эти рассуждения – несомненная и циничная ложь. На самом деле спрос не определяется предложением, а начинается с предложения. Это парадоксальным образом доказывает наше недавнее прошлое. В тоталитарном коммунистическом обществе отсутствие бульварной литературы и желтых изданий (плоды жестокой цензуры), побуждало народ читать классику, приобщаясь к высоким образцам мировой культуры и к великому русскому слову. Эти книги издавались миллионными тиражами, по цене были доступны всем, и спрос на это предложение был огромным! А ведь русская классика пропагандировала отнюдь не коммунистические идеи. Как бы отрицательно ни относилась церковь к личности Льва Толстого, нельзя забывать, что для многих из нас в советское время страницы романа «Воскресение» были одной из немногих возможностей, хотя бы в отрывках, познакомиться с Нагорной проповедью и другими евангельскими текстами. Я уж не говорю об огромной просветительской роли, в религиозно-нравственном смысле, всего творчества Достоевского, Лескова. И такие примеры можно множить и множить. А что касается отношения советской власти к музыкальной классике, театру и кино, то мне хочется процитировать выступление режиссера Владимира Бортко на церемонии вручения ему литературной премии Александра Солженицына за прекрасную телевизионную экранизацию романа «Идиот» в 2004 году. «Я не занимался специально музыкальным образованием. Но к моменту моего обучения в творческом вузе выяснилось, что я неплохо знаком с мировой музыкальной культурой. Откуда? Во времена моего детства у нас в коммунальной квартире с утра и до ночи работала радиоточка. И наряду с бесконечно звучащей пропагандой пропагандировалась, слава Богу, и мировая музыкальная культура. Кроме того, стихи Пушкина я услышал в первый раз по-настоящему в исполнении Качалова – «Гори, письмо любви, гори – она велела…» Это пришлось на пору моей ранней юности, первой влюбленности, и произвело потрясающее впечатление. Конечно, такое совпадение – случай. Но не случайно то, что по государственному каналу транслировалась высокая поэзия. И то, что я стою сейчас здесь, произошло, может быть, не без влияния этих строчек, и этой музыки, и общей достаточно высокой интеллектуальной атмосферы. Вспомните наиболее популярные фильмы того времени: «Девять дней одного года», «Июльский дождь» и т.д. Достаточно сложные и тонкие фильмы. И на них ходил зритель. То есть государство целенаправленно и профессионально занималось развитием народа. Ибо оно понимало, что нельзя вернуть в общество ребенка, воспитанного в лесу, утратившего в важный невосполнимый период своей жизни контакт с себе подобными, и невозможно в дальнейшем научить его членораздельной речи».3

Я позволил себе привести столь обширную цитату по той причине, что всё это очень типично для того времени и очень близко моему личному опыту. Я до 18 лет жил в маленьком провинциальном городке, и такая же радиоточка была моим исчерпывающим путеводителем в замечательный мир искусства. Я не сомневаюсь, что возможность читать в детстве такие книги и слушать такое радио была для многих моих современников нравственной опорой, позволяющей противостоять тому, для чего, казалось бы, и предназначалась радиоточка в каждом доме – идеологической пропаганде. Что же касается самой пропаганды, то она, на фоне прекрасных передач по искусству и возможности приобщаться к высокой литературе, являлась настолько нежизнеспособной и шитой белыми нитками, что разлеталась вдребезги от одного живого слова правды. Помню, как в глухую сталинскую пору я, восьмилетний, придя из школы, с энтузиазмом стал излагать маме историю Павлика Морозова. До сих пор живы в памяти вся мизансцена – и чувство жгучего стыда и раскаяния, охватившее меня, когда мать, спокойным и бесстрастным голосом, глядя мне прямо в глаза, произнесла медленно, тихо и внятно: «Ты считаешь, что предательство отца – это подвиг?». С той самой минуты я стал мыслящим существом, никогда уже больше не воспринимавшим бездумно и рефлекторно все, что видел и слышал.

Именно во внедрении в подсознание детей бездумного, бездуховного и рефлекторного подхода к жизни состоит смысл и предназначение современной массовой культуры, главным рупором которой является телевидение. Противостоять этой идеологии гораздо труднее, чем коммунистической пропаганде, ибо с помощью изощренных электронных технологий она с первых лет жизни впечатывается в подсознание ребенка, парализуя сознание и волю, подавляя способность к восприятию живой красоты мира и различению добра и зла.

Великий русский мыслитель Иван Александрович Ильин писал: «Ведь у нас даровитость как будто разлита в душах; у нас даровитые люди не оазисы и не острова, а холмы, разбежавшиеся до самого горизонта; и кажется, что если бы мы, русские, умели разыскивать в себе душевные дары и разрабатывать их волею, трудом и умением, так вокруг всё зацвело бы… Сколько русской даровитости прахом идет! И подумать только, кабы такую даровитость иному усердно вышколенному и всю жизнь надрывно кряхтящему народу, – так что бы вышло из этого!..»

Мне кажется, самый большой грех современных молодых родителей состоит в том, что они, не препятствуя телевизору искоренять в детях способность уметь, трудиться и противостоять, пускают прахом их природную даровитость и лишают Россию будущего.

Только семья способна защитить ребенка от телевизионного убойного оружия, которое растлевает его душу. Только семья может заложить в ребенка основы религиозного знания и чувства. Только семейное воспитание поможет ребенку обрести душевные силы: чувство, воображение, волю и мысль, чтобы суметь противостоять тоталитарному массовому сознанию. Только семья в раннем детстве может привить ребенку интерес к подлинной культуре, чтобы он мог сравнивать и выбирать, когда столкнется с пошлостью современной жизни.

Если у вас нет силы воли выбросить телевизор на помойку, пока вырастут дети, то хотя бы не позволяйте телевизору быть хозяином в доме. Надо так строить жизнь ребенка, чтобы у него складывались иные приоритеты, и на телевизор не оставалось ни желания, ни времени. Это единственное надежное средство, запретами и скандалами бороться бесполезно. Ум и душа ребенка должны трудиться, мышцы – работать, руки – уметь что-то делать. Подвижные игры на воздухе, лес, речка, походы и экскурсии, лыжные прогулки зимой, велосипед летом. Музыкальная ритмика, хореография, плавательный бассейн. Изучение иностранных языков, музеи, театры, концертные залы. Не бойтесь перегрузить ребенка, дети страдают только от безделья и скуки. Очень хорошо приобщать ребенка к любимому делу отца (если, конечно, это не сидение у телевизора или запои). Ковыряться в автомобиле, что-то строить на даче или ремонтировать в квартире вместе с сыном…

Молодым папам, которые сами все свободное время проводят у компьютера и настолько прикипели к нему душой, что не мыслят без этого жизни, я хочу сказать следующее. Не беспокойтесь, не спешите, не бойтесь, что ваш ребенок покажется белой вороной без приобщения к скудоумным видеоиграм с пеленок. Не останется ваш малыш обездоленным, успеет освоить компьютер. Тысячи великих умов человечества – от Шекспира и Пушкина до Ньютона, Паскаля, Эйнштейна и даже академика Королева обошлись без видеоигр и персонального компьютера – и судя по всему, без особого ущерба для своего развития. По крайней мере, перестаньте одурманивать ребенка компьютерными играми. Особенно опасен мир виртуальной реальности, когда дети отгораживаются от внешнего мира специальными шлемами, по заданной программе воспроизводящими в цвете и звуке образы, которых в реальности не бывает. Это просто-напросто прямой путь к другой «виртуальной реальности», вызванной экстази, ЛСД и наркотиками. Хочу повторить со всей ответственностью: нет сомнений, что это звенья или разновидности одного и того же бизнеса. Поэтому не спешите, успеет ребенок угнаться за нынешней жизнью. Не беда, если он познакомится с компьютером в более зрелом возрасте, когда у него уже сформируется собственное восприятие реального мира, он познакомится с образцами высокой культуры, приобретет иммунитет против пошлости и безвкусицы массовой культуры – и тогда уже сможет использовать созидательные, познавательные, а не развлекательные возможности компьютера. Да и развлекаться не обязательно бессмысленными тупыми «стрелялками». Если у вас есть видеокамера, можно вместе снимать любительские фильмы или клипы, монтировать их на компьютере: с титрами, смешными трюками, броским дизайном. Можно записывать музыку на CD, опять-таки, с интересным оформлением обложек и т.п. Это и совместные занятия, и увлекательное хобби, и элемент творчества здесь все-таки присутствует. А там, глядишь, ребенку и в жизни пригодятся полученные навыки и опыт… Только следует все-таки помнить установки врачей-гигиенистов: первая встреча ребенка с компьютером возможна после 8 лет, ребенок 8 – 10 лет может проводить за компьютером не более 1 часа в день, а после 11 лет – не более 1,5 часов в день; при этом необходимо делать 10-минутные перерывы каждые четверть часа (рекомендации из журнала «Здоровье», № 10, 1996 г.).

А вечером обязательно найдите время для неспешной беседы. Не меньше сказок дети любят рассказанные житейские истории. Неплохо бы вспомнить традицию семейного чтения вслух. Есть вещи, будто нарочно для этого созданные. Можно из вечера в вечер читать Диккенса, или что-то из русской старины («Письма русского путешественника» и «Рассказы бабушки» Карамзина, «Письма к родным» Аксакова, «Путешествие в Россию» Теофиля Готье), прозу Пушкина, Гоголя, Лескова, «Лето Господне» Шмелева – кому что ближе. «Робинзон Крузо», Жюль Верн, Майн Рид и другая приключенческая литература тоже читаются, но уже самостоятельно, лет с десяти, если до этого телевизор не истребит в детях способность что-либо читать. Чтение – процесс творческий, оно стимулирует воображение, внимание, память, мышление. В процессе чтения у каждого возникают индивидуальные, личные представления, образы, ассоциации, чувства. Есть возможность их осмыслить, обсудить, задуматься, поразмышлять. Особенности детского восприятия таковы, что просмотр даже хорошей телепередачи – это процесс механический, очень поверхностный, в котором участвуют только зрение и слух. Воображение, память, мышление не включаются из-за стремительности телевизионного потока. Поэтому, «сломался», допустим, у вас телевизор, погоревали вместе, а потом говорите: ну что же поделаешь, давай теперь почитаем! Даже удивительно, насколько дети любят слушать. Они сейчас редко хотят читать, но слушать чтение зимним вечером или летом (на даче, на природе) любят все. Дети, не развращенные видеоиграми и бездумным времяпревождением у телеэкрана, очень любят вечернее общение с родителями, одной из форм которого является чтение вслух. Вовсе не обязательно читать только «детские» книжки. Я знаю девочку, которая в пятилетнем возрасте с удовольствием прослушала чуть ли не всего Диккенса, любила «Неточку Незванову» Достоевского, с интересом и пониманием переживала Шекспира, и в кульминации «Гамлета» умоляюще восклицала: «Если его убьют, ты мне дальше не читай!».

А ведь есть ещё необъятный мир поэзии! Или альбомы с репродукциями живописи из музеев всего мира, которые можно неспешно рассматривать. А накануне не полениться сходить в библиотеку и почитать о живописи и художниках, чтобы было что интересного рассказать ребенку. Нету времени и сил? Они появятся, если вы заберёте у телевизора то, что он отнимает у вас. И ещё есть необъятный мир классической музыки, доступной на кассетах, CD, звучащей по радио «Орфей», а в больших городах – и в концертных залах. Вы не перевариваете эту музыку? Слишком жалкая и малодушная отговорка. Попробуйте, ради ребенка, принимать классику в гомеопатических дозах, как лекарство. Для возбудимого, беспокойного и тревожно спящего ребенка лучше всего начинать с Моцарта: «Маленькая ночная серенада», вторые (медленные) части симфоний, сонат, концертов. А когда малыш полюбит эту музыку, глядишь, и вы почувствуете к ней вкус. Я знал людей, которые плевались и выключали радио при звуках классической музыки, а потом становились горячими её поклонниками. И как они бывали благодарны за это судьбе! Классическая литература, поэзия, живопись и музыка будят мысль и эстетическое чувство, развивают ум и воображение, делают жизнь более интересной, полнокровной и осмысленной.

Если вы найдете в себе характер переломить силу рабской привычки и перестанете приносить семейную жизнь в жертву телевизионному идолу, то спустя совсем небольшое время, случайно включив телевизор, вы осознаете всю его пошлость, дурновкусие, примитивизм и убожество, шаблонность его текстов, оскорбительное скудоумие развлекательных шоу и мыльных опер – всю его несовместимость с миром интеллигентного человека. И вам понятны станут чувства Корнея Чуковского, записавшего в дневнике, незадолго до смерти, в больнице: «Позор и ужас! Обнаружился сосед, который обожает телевизор. Из-за стены слышится несмолкаемый лай… Если бы мне хоть намекнули, что возможно соседство с таким дикарем, я предпочел бы умереть у себя на диване…».

ДГКБ святого Владимира

Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *